До своего закрытия Кимляйский Александро-Невский монастырь был женским. Как и саму историю обители нельзя отделить от личности подвижника-столпника Флегонта Островского, так и её начало непосредственно связано с основательницей монастыря игуменией Екатериной (Ахлестиной).

Ксения Ермолаевна Ахлестина происходила из крестьян села Вольная Лашма Наровчатского уезда Пензенской губернии. Родители её были люди благочестивые, строго соблюдали уставы церкви. Особенно отличались они гостеприимством и любовью к странникам и богомольцам. У Ксении Ермолаевны уже в раннем возрасте появилась особенную склонность к уединенной жизни. Рукоделие и молитва были обыкновенным её занятием. На двадцатом году своей жизни Ксения Ермолаевна, вместе с матерью посетила Флегонта Островского, о ком в народе шла молва, как о человеке прозорливом. Высоко-нравственный облик Островского и его подвиги в духе христианского отшельничества, произвели на Ксению Ермолаевну глубокое впечатление, и она решила как можно чаще посещать его. В продолжение десяти лет она служила ему почти безотлучно. Овдовев, в 1868 году она окончательно поселилась рядом со столпом старца Флегонта. Почувствовав приближение смерти, Островский осенью 1869 года позвал к себе Ксению Ермолаевну и, сообщив ей о своей скорой кончине, завещал устроить на месте его подвигов иноческую обитель.

После смерти подвижника Флегонта Ксения Ермолаевна, руководимая чувством благоговейного уважения к памяти подвижника и желанием свято исполнить завет его, весной 1870 года поселилась в келье почившего старца.  Для начала необходимо было приобрести в собственность сад и келью Островского, так как гора находилась во владении крестьян деревни Кимляй. Благодаря тому уважению, каким пользовался подвижник Флегонт у жителей д. Кимляй, крестьяне охотно уступили Ксении Ермолаевне место жительства подвижника. Чтобы обеспечить свое существование, Ксения Ермолаевна открыла у себя в келье домашнюю школу, в которой обучала церковно-славянской грамоте мальчиков и девочек окрестных селений. Ведя обучение детей в строго-религиозном духе, Ксения Ермолаевна вскоре привлекла к себе симпатии населения. Приходили даже и взрослые люди, особенно девушки, не желавшие почему либо выйти замуж. Некоторые из них, после обучения грамоте, стали оставаться. Появилась необходимость в дополнительном жилище, которое и было построено, с помощью благотворителей, у входа в сад в 1874 году. Для общежития насельниц горы в распоряжении имелся флигель с передними и задними комнатами, разделенными сенями, кухня, амбар и погреб. По началу сестер было немного. К  1883 году община состояла из пяти человек. В 1883 году Ксения Ермолаевна задумала устроить на горе часовню в память мученической кончины Царя Освободителя Александра II. Идею построения часовни поддержали и жители деревни Кимляй. Нотариальным порядком общине было выделено полдесятины земли. , предоставив решением от 23 апреля 1883 года в её пользование две десятины пахотной земли под одну межу с её садом. Указом Пензенской духовной консистории от 31 мая 1884 года Ксении Ермолаевне было разрешено построение часовни. Но в июне месяце 1885 года Флегонтову гору посетил Епископ Антоний (Николаевский) и высказал мнение, что лучше было бы построить вместо часовни храм. К этому времени сестер в общине было уже шестнадцать. В марте 1888 года Ксения Ермолаевна получила разрешение на построение храма. В ноябре месяце 1888 года храм был заложен, а в сентябре 1889 года храм был отстроен и 15 октября освящен во имя святого благоверного князя Александра Невского Архимандритом Гедеоном.

Храм был деревянным, на каменном фундаменте, без колокольни, с железной крышей. Под церковью были устроены четыре комнаты: трапезная, псалтырня, рухлядная и приемная, а под ними подвал. Построен на доброхотные пожертвования. Генерал-Лейтенантом Иваном Андреевичем Араповым было пожертвовано необходимое количество леса, а Краснослободским купцом второй гильдии Иваном Димитриевичем Головым был устроен иконостас. Прочее благоукрашение храма было произведено на средства иных благотворителей. Постоянно священника при церкви не было, службу временно исполнял заштатный священник.

В этом же году община увеличилась ещё на шестнадцать человек. Итого в 1889 году под началом Ксении Ахлестиной проживали 31 девица, средний возраст которых составлял 22 года. В 1889 году на Пензенскую кафедру прибыл преосвященный Епископ Василий (Левитов). Указом Пензенской Духовной Консистории № 8156 от 30 сентября 1889 года общину Ксении Ермолаевны была временно приписана к Краснослободскому Успенскому женскому монастырю и состояла под ведеением благочинного монастырей, настоятеля Нижне Ломовского Казанского мужского монастыря, Архимандрита Гедеона.

Во время нахождения на Пензенской кафедре епископа Павла (Вельчинского), (1893-1902), дело Ксении Ермолаевны в устроении обители быстро пошло вперед. Преосвященный Павел, лично ознакомившись с религиозно-нравственным и материальным состояние общины Ксении Ермолаевны, дал ей широкие полномочия по сбору пожертвований. В 1895 году она приобрела покупкою на свое имя 127 десятин пахатной земли, которую и пожертвовала вместе с усадебным местом на открытие женской общины. В 1896 году Епископ Павел ходатайствовал перед Священным Синодом об учреждении женской общины и об укреплении за нею жертвуемых усадьбы с садом (35 сажен в длину и 20 в ширину) в деревне Кимляй и участка земли.  Кроме  того, сообщалось, что Краснослободский купец Глотов письменно заявил, что в случае учреждения общины на «Флегонтовой горе», он жертвует общине 82 десятины пахотной земли. Со стороны Министерства Внутренних Дел препятствий обнаружено не было. Обсудив изложенное Святейший Синод, согласно ходатайству Преосвященнейшего и на основании ВЫСОЧАЙШЕГО повеления, воспоследовавшего в день 9 мая 1881 года, указом за № 4244 определил: «Близ деревни Кимляй Краснослободского уезда, в местности, именуемой «Флегонтова гора», учредить женскую общину, с таким числом сестёр, какое община в состоянии будет содержать на свои средства, о чём и уведомить Ваше Преосвященство указом, поручив Вам а) сделать зависящие распоряжения о предоставлении жертвовательнице в пользу вновь учрежденной общины земельного участка крестьянке Ксении Ахлестиной приличного в общине помещения и безбедного содержания, и б) по получении необходимых документов на землю, жертвуемую Кимляйской общине Краснослободским купцом Глотовым, войти в Святейший Синод с ходатайством об испршении ВЫСОЧАЙШЕГО соизволения на укрепление означенной земли за общиною, и предоставить Г. Синодальному Обер-Прокурору испросить ВЫСОЧАЙШЕЕ соизволение на укрепление за Кимляйской женской общиной жертвуемых крестьянкою села Вольная Лашма, Наровчатского уезда, Ксениею Ахлестиною 1) усадебного места в деревне Кимляй, Краснослободского уезда, в количестве 35 сажен в длину и 20 сажен в ширину и 2) участка земли, мерою по акту укрепления 127 десятин, а по плану 108 десятин 1200 кв. сажен, или сколько окажется в натуре, состоящего Пензенской губернии, Краснослободского уезда, при сельце Васильевке (Свищевка тоже). Августа 31 дня 1896 года. Обер-Секретарь Ушаков». 6 октября последовало ВЫСОЧАЙШЕЕ соизволение Государя Императора на вышеизложенное прошение Обер-Прокурора. Указом Пензенской Духовной Консистории от 24 сентября за № 245 того же года Ксения Ермолаевна, по избранию насельниц Кимляйской общины, была утверждена настоятельницей. А Мария Ивановна Карякина, с 1971 года проживавшая на «Флегонтовой горе», указом Пензинской Духовной Консистори от 3 октября сего года за № 5216 утверждена в должности казначеи. Еще одной близкой помощницей Ксении Ермолаевны в этот период была Анна Тимофеевна Бельская (из духовного звания), девица села Волгапино, племянница старца Флегонта, поступившая на гору в 1869 году. Проходила послушание — украшение икон цветами. В 1896 году община увеличилась числом до 71. Причем, 68 насельниц были девицами. По резолюции Преосвященнейшего Павла от 10 августа 1897 года за № 3946 приложенной в указе Пензенской Духовной Консистории от 12 августа за № 9075, Ксения Ермолаевна Ахлестина 30 августа того же года была пострижена в монашество с именем Екатерина. В том же году 30 августа была пострижена в монашество будущая настоятельница обители Мария Ивановна Карякина с наречением ей имени Варвара (Указ № 9075 от 12 августа). В 1894 году в г. Пензе было официально открыто Пензенское отделение Императорского Православного Палестинского общества, председателем которого был утвержден Преосвященный Епископ Пензенский Павел, а товарищем председателя — Пензенский Губернатор Горяйнов А. А.  Само общество имело целью распространение сведений о Святой Земле, сбор средств для русских паломников и поддержание православия в Палестине. В 1897 году, за участие в работе Общества, монахиня Екатерина была избрана в его пожизненные члены-сотрудники и награждена ВЫСОЧАЙШЕ утвержденным знаком Общества «для ношения на персях».  С разрешения Пензенского Епархиального Начальства от 3 сентября 1898 года за № 9438, по проэкту, утвержденному Строительным Отделением Пензенского Губернского правления от 31 августа того же года за № 47, 13 сентября был заложен каменный соборный храм настоятелем Троице-Сканова монастыря Наровчатского уезда игуменом Варсонофием. По проэкту храм был трех-престольный и пятиглавый, длиною 15 и шириною 11 сажен. К 1901 году значительно увеличилось количество земель, ставшими собственность общины. 17 декабря 1900 года «Государь Император, ВЫСОЧАЙШЕ соизволил на укрепление за Кимляйскою женскою общиною, жертвуемой Краснослободскими 2 гильдии купеческими сыновьями Алексеем и Петром Гурьевыми луговой земли в двух участках, в количестве 88 десятин 1770 кв. сажен, или сколько в натуре окажется, состоящей Краснослободского уезда, близ заштатного города Троицка, в урочищах под названием села Изосимовки, деревень Ежовки, Потьмы и за рекою Мокшею». В следующем году ВЫСОЧАЙШИМ соизволением от 9 января за общиной был укреплен участок земли в количестве 11 десятин 220 3/4 кв. сажен, находящийся рядом с г. Троицком. Сия земля была пожертвована общине крестьянином села Сутягина Краснослободского уезда Михаилом Карповым. В 1901 году Преосвященнейший Епископ Пензенский и Саранский Павел обратился в Святейший Синод с ходатайством об обращении Кимляйской женской общины в женский общежительный монастырь, с наименованием его Александро-Невским. Святейший Синод, заслушав предложение Обер-прокурора Победоносцева К.П. за № 5026 на данную тему, указом за № 4833 постановил: «Ваше Преосвященство, свидетельствуя о духовном преуспеянии и материальном обеспечении Кимляйской женской общины на Флегонтовой горе, Краснослободского уезда, ходатайствукте об обращении оной в женский общежительный монастырь с наименованием его Александро-Невским. Министерство Внутренних Дел не встречает препятствий к удовлетворению ходатайства Вашего Преосвященства. Признавая со своей стороны ходатайство это заслуживающим уважения, Святейший Синод, на основании ВЫСОЧАЙШЕГО повеления, воспоследовавшего в 9 день мая 1881 года (собр. узак. и расп. Прав. 1881 г. № 82 ст. 552) определяет: Кимляйскую женскую общину на Флегонтовой горе, Краснослободского уезда, обратить в женский общежительный монастырь с наименованием его Александро-Невским, с таким числом инокинь, какое обитель в состоянии будет содержать на свои средства; о чем для напечатания во всеобщее известие, сообщить Правительствующему Сенату ведением и редакциям Церковных Ведомостей и Правительственного Вестника по принятому порядку, а Ваше Преосвященство уведомить указом. Июля 20 дня 1901 г.». Ксения Ермолаевна, за время пребывания преосвященнейшего Епископа Павла на Пензенской кафедре, успела привести свою общину в цветущий вид. Она усердно принялась за внутреннее устройство своей общины. В высшей степени ласковая и вместе с тем строгая и настойчивая, она положила себе правилом быть всегда тем, чем должна быть по своему званию и обязанности, чтобы сестры, видя повсюду живой пример её, также не отступали, но вполне и точно согласовали бы жизнь свою с уставом монашеским. Скоро разнеслась молва о знаменитой строительнице обители. Увеличилось количество паломников, особенно в праздничные дни. Чем больше с каждым годом притекало в обитель богомольцев, тем заметнее становился приток денежных средств.

В 1902 году указом Святейшего Синода от 24 апреля за № 1687, монахиня Екатерина 3 июня была возведена в сан игумении Преосвященнейшим Павлом. В этом же году 23 января приняли монашеский постриг еще пять сестер, в том числе Анна Бельская с наричением имени Ангелина, утвержденная указом Консистории за № 41 в должности благочинной. Указом № 1854 от 7 апреля 1905 года, за «отлично усердную и полезную службу» игумения Екатерина была удостоена  награждения Наперсным Крестом.

В 1906 году под началом игумении Екатерины находилось 7 монахинь, 37 указных послушниц и 173 сестры, живущих на испытании. Итого 218 насельниц. К этому времени монастырь занимал уже довольно большую территорию со следующими строениями:

1. Корпус каменный двух-этажный, крытый железом, длиною 26 аршин и шириною 14 аршин. В верхнем этаже этого корпуса помещались рукодельня и сестры рукодельщицы, а в нижнем этаже была трапезная для сестер.
2. Корпус двух-этажный полукаменный с сухим подвалом, крытый железом, длиною 24 аршина и шириною 13 аршин. Был занят сестрами, а в одном из помещений нижнего этажа помещалась келарня.
3. Корпус каменный двух-этажный с сухим подвалом, крытый железом, длиною 31 аршин и шириною 16 аршин. Это был сестринский корпус, в нижнем этаже которого находилсь просфорня.
4. Деревянный флигель крытый железом, из двух помещений, разделенных сенями, длиною 22 аршина и шириною 12 аршин. В нем помещалась хлебопекарня и сестры хлебницы.
5. Деревянный дом для помещения священника длиною 21 аршин и шириною 18 аршин, крытый железом. При нем имелся двор, крытый тесом.
6. Деревянный флигель на конном дворе из двух помещений разделенных сенями, крытый железом, размерами 18 х 9 аршин. При нем двор с надворными строениями.
7. Странноприимный деревянный флигель в два помещения длиною 11 аршин и шириною 9 аршин, крытый железом.
8. Деревянный флигель в два помещения длиною 23 аршин и шириною 13 аршин, крытый железом. В одной половине этого флигеля размещалась больница, а в другой богадельня для стариц, проживающих в монастыре и содержащихся на монастырские средства.
9. Деревянный флигель в два помещения длиною 25 аршин и шириною 11 аршин, крытый железом. Был занят сестрами рукодельницами.
10.  Деревянный флигель в три помещения длиною 20 аршин и шириною 7 аршин, крытый железом. В нем проживала Настоятельница с сестрами.
11.  Деревянный флигель в два помещения длиною 16 аршин и шириною 9 аршин, крытый соломой с глиной. В одной половине этого флигеля помещалось училище для девочек, открытое в 1897 году (эта школа грамоты была переименована в 1901 году в Церковно приходскую). С 1905 года вместе с девочками здесь обучались и мальчики. Во второй половине флигеля находилось помещение для учительницы.
12.  Деревянный дом на скотном дворе длиною 9 аршин шириною 7 аршин, крытый соломой, был занят сестрами скотницами. Двор при нем был покрыт соломой.
13.  Деревянный флигель в два помещения длиною 12 аршин и шириною 7 аршин, крытый соломой с глиной, для помещения мастеровых.
14.  Деревянный амбар для хранения зернового хлеба длиною 23 аршин и шириною 9 аршин, крытый железом.
15.  Деревянная келья длиною 9 аршин шириною 7 аршин, крытая соломой с глиной, поставленная в лугах для помещения сестер скотниц в летнее время.
16.  Деревянный амбар для хранения зернового хлеба, ледник и сарай досчатый для хранения известки, крытые тесом.
17.  Деревянная баня длиною 12 аршин шириною 7 аршин, крытая железом.
18.  Деревянная прачечная, поставленная в лугах, длиною 18 аршин шириною 9 аршин, крытая соломой с глиной.
19.  На расстоянии 200 сажен от монастыря, на арендуемой земле у крестьян деревни Кимляй в количестве одной десятины, находились кирпичные сараи. При них имелся дом для рабочих.
20.  В 1904 году монастырю было пожертвовано Вязниковским мещанином Иваном Павловичем Киселевым право на половинную часть в недвижимом имении, заключающемся в деревянном доме с надворным строением и усадебной землей, размером 24 х 12 сажен, находящемся в селе Мотовилихе Пермского уезда (дарственный акт совершен Пермским Нотариусом и утвержден 10 июля 1904 года).

 К уже имеющимся земельным владениям (указаны выше) добавились следующие:

1. В 1903 году по ВЫСОЧАЙШЕМУ повелению был отпущен в вечное владение монастырю лесной участок в количестве 964 десятин, под названием Мангинской казенной дачи.
2. В 1906 году крестьянкой села Кочелаева Евфимиею Луниною было пожертвовано 40 десятин пахотной земли, находящейся от обители в 7 верстах в пустоши Мамангинской.

В Церковно-приходской школе в 1906 году обучалось восемнадцать мальчиков и пять девочек 11-15 лет. Законоучителем при сей школе был священник монастыря Георгий Бречетов, а учительницей — Евгения Веселовская.

Причт монастыря состоял из священника, получающего жалование от монастыря в количестве 480 рублей в год и обеспеченного жильем и содержанием от монастыря.

В 1907 году монастырю было пожертвовано отставным поручиком Борисом Димитриевичем Бакулиным по акту укрепления 308 десятин пахатной земли с крытым деревянным помещением в 5 комнат с надворными строениями, молотильным тесовым сараем и каретником. Земля сия состояла в 17 верстах от обители при селе Ворона.

За 1907 год насельниц в монастыре чуть прибавилось. Их стало числом 231. количество указных послушниц увеличилось на 20 и стало составлять 57 человек, а сестер на испытании стало 166. Новых постригов не было.

В 1908 году было окончено строительство соборного храма и 19 октября того же года состоялось освящение его среднего престола в честь Преображения Господня Архимандритом Краснослободского Спасо-Преображенского монастыря Григорием. При храме, на расстоянии 10 сажен, была отстроена временная деревянная колокольня, длиною и шириною в 6 аршин при высоте 17 аршин.

От тяжелых трудов, здоровье игумении Екатерины пошатнулось. Она перестала выезжать из монастыря. В храм её привозили при помощи сестер, только к литургии и изредка к утрени. 6 февраля 1908 года она скончалась, напутствованная таинствами елеосвящения и причащения. Отпевание и похороны тела игумении были совершены 8 февраля, при огромном стечении народа, архимандритом Краснослободского Спасо-Преображенского монастыря Григорием, при участии многих окружных священников. На литургии священник В. М. Иссинский почтил почившую надгробным словом. Тело почившей игумении Екатерины было погребено под алтарем соборного храма.

Приемницей почившей игумении стала казначея монахиня Варвара (Марфа Корякина). Указом Святейшего Синода № 7496 7 мая 1909 года она была утверждена в должности настоятельницы и возведена в сан игумении Преосвященнейшим Епископом Пензенским и Саранским Митрофаном. Казначеей монастыря стала монахиня Агния (в миру Анастасия Киржаева), в 1889 году поступившая на Флегонтову гору и в 1902 принявшая монашеский постриг (Указ № 168/4329 от 11/19 августа 1909 года). В 1909 году в обители было уже 17 пострижениц, а количестово сестер составляло 250 человек, из которых указных послушниц было 47, а проживающих на испытании 186. К монастырским постройкам добавился отстроенный в 1909 году деревянный флигель длиною 27 аршин и шириною 11. В нем располагались сестры, занимающиеся сбором пожертвований. На протяжении 40 метров монастырь был обнесен деревянной оградой высотою в 2,5 метра. В том же году Краснослободским мещанином Василием Саратовкиным монастырю было пожертвовано усадебное место с садом, размером 14 на 16 сажен, с жилым деревянным помещением (9х7 аршин), находящиеся в г. Краснослободске. Священник монастыря в этот период имел жалование уже не 480, а 800 рублей. С разрешения Пензенского Епархиального начальства было начато строительство дух-этажного полукаменного корпуса.

В связи с большим уважением к памяти подвижника Флегонта, в 1909 году, у почитателей старца возникла идея о переносе его праха из заштатного города Троицка в Кимляйский монастырь. В связи с этим 22 мая 1909 года в Пензенской Духовной Консистории рассматривался вопрос, возбужденный Пензенским Губернатором о перенесении праха старца Флегонта из заштатного города Троицка в Александро-Невский женский монастырь (журнал № 103). 8 августа 1908 года последовала резолюция Его Преосвященства: «В виду особого уважения, с которым, как оказывается, местное население относится к памяти старца Флегонта (Островского), для всестороннего рассмотрения возбужденного дела о перенесении его праха из г. Троицка в Александро-Невский монастырь, нахожу нужным организовать комиссию, в состав которой под председательством Архимандрита Харитона назначаются: Кафедральный протоиерей Григорий Соколов, Епархиальный миссионер Симеон Магнусов и преподаватель Семинарии Алексий Хвощев». Комиссия, проведя расследования, сообщала:

1. Покойная настоятельница Александро-Невского монастыря Игумения Екатерина, казначея монахиня Варвара и племянница старца Флегонта Ангелина, бывшие самыми близкими к Флегонту людьми, показали, что Флегонт Островский подвизался на месте теперешнего монастыря на горе, близ д. Кимляй, Краснослободского уезда, на устроенном им столпе с двумя внутренними келлиями. На 15 году подвижничества Флегонт скончался, выразив перед смертью заверение, что на его горе возникнет большая женская община или монастырь. После смерти Флегонта, означенные лица поселились в его келлиях, где основали прежде школу-приют для детей, затем женский скит и, наконец, не взирая на всевозможные затруднения и препятствия, основали существующий ныне Александро-Невский женский монастырь. Живя на Флегонтовой горе ученицы и почитательницы Флегонта считали своим долгом хранить о нем молитвенную память и потому, начиная со дня его погребения, они каждогодно, особенно во дни Ангела и смерти, служили на его могиле панихиды и каждогодно же оправляли её дерном; несколько позже на могиле был поставлен крест. Поэтому место погребения Флегонта доподлинно известно. Видя процветание монастыря и усматривая в этом особое благоволение Божие к подвижнической жизни Флегонта, монастырское начальство задумало перенести прах Флегонта из г. Троицка в монастырь, в благодарное воспоминание его заслуг, для положения в приготовленном под алтарем нового храма склепе. Во избежание каких либо нареканий, предполагается перенести прах без всякой торжественности и склеп заделать наглухо.

2. Свящнник села Волгапина, Краснослободского уезда, Андрей Беневольский, бывший очень коротко знаком с Флегонтом, отзывается о нем, как о великом подвижнике, аскете, ведшем самую строгую жизнь, с которым он нередко проводил время в чтении Св. Писания и душеспасительных беседах, вынося из них самое отрадное религиозно-нравственное удовлетворение. Пред погребением Флегонта вышел спор: отец его — диакон села Волгапина, желал похоронить его сына в Волгапине, другие же родственники и почитатели — при Иоанно-Богословской церкви г. Троицка. Спор был покончен жребием, выпавшим на Иоанно-Богословскую церковь.

3. Церковный староста Иоанно-Богословской церкви г. Троицка Степан Плаксин (64 лет) показал, что хорошо помнит кончину Флегонта и место погребения. Место это — именно то, которое теперь обозначено крестом. О жизни старца Плаксин отзывается с похвалою, говоря, что он был святой жизни, великий подвижник. После смерти Флегонта монашки служили ежегодно панихиды на его могиле; служили панихиды и посторонние лица, особенно путешествующие в Саров и обратно.

4. Крестьянин г. Троицка Григорий Пуганин (67 лет) заявил, что он хорошо помнит старца Флегонта, он был жизни строгой и подвижнической. Из уважения к нему Пуганин участвовал в работах на Флегонтовой горе, а когда Флегонт умер — рыл ему могилу на этом самом месте, где стоит теперь крест.

5. Крестьянин Семен Кувырков (60 лет), хорошо знавший Флегонта, показал, что рыл для него могилу на том месте, где теперь крест; был на похоронах, народу при этом было несметное множество.

6. Служивший при Иоанно-Богословской церкви священники Феодор Лятовский, Александр Мошков и Владимир Иссинский показали, что они часто служили панихиды на могиле старца Флегонта, место погребения его показывалось всегда одно и тоже.

7. Сторожилы — крестьянин Максим Очкин (80 лет), вдова диакона Фекла Соколова (60 лет)и вдова священника Евдокия Доброхотова (73 лет), хорошо знавшие старца Флегонта, также отозвались о нем с самой лучшей стороны за его строго-нравственную подвижническую жизнь.

При осмотре места погребения Флегонта комиссия, на основании несомненных показаний вышеупомянутых свидетелей, пришла к убеждению, что Флегонт похоронен на том самом месте, где стоит крест с соответствующею надписью.

По обсуждении всего изложенного, комиссия признала благочестие и строгую нравственность жизни старца Флегонта доказанными, вследствие чего почитание его памяти народом является делом вполне нормальным; подлинность могилы Флегонта не подлежит никакому сомнению. Поэтому комиссия не видит препятствий к удовлетворению желания обитательниц Александро-Невского монастыря перенести прах старца Флегонта в монастырь для положения в приготовленный под новым храмом склепе.

Благочинный священник Алексий Гроздев в рапорте от 6 сего марта № 86, высказывает, что нет никаких данных и оснований опровергать добытые Комиссиею сведения по настоящему делу. За время двадцатилетнего священнического служения в Краснослободском уезде о. Гроздев имел возможность убедиться, что имя Флегонта пользуется среди окрестностных монастыря селений большою популярностью, как человека отказавшегося от благ мира и посвятившего свою жизнь трудам и молитве. Молитвенная память о нем сохраняется среди народа доселе. Когда приходилось совершать богослужение в зашт. гор. Троицке и окружных селах в должности благочинного, редкое поминание встречалось такое, где бы не был записан Флегонт на первом месте усопших. К перенесению праха Флегонта в монастырь препятствий не усматривается, если только перенесение будет совершено без особых процессий.

Духовенство зашт. гор. Троицка отозвалось, что с религиозной точки зрения нет препятствий к перенесению в Александро-Невский монастырь праха старца Флегонта, если перенесение будет совершено как можно проще, без религиозных процессий. Желательно, чтобы духовенство данного района было заранее предуведомлено о времени перенесения и вменено ему в обязанность, а также и монастырю разъяснять народу, что прах старца Флегонта переносится в монастырь лишь из благодарной памяти к покойному, как первому насельнику горы, которому Александро-Невский монастырь обязан своим существованием.

По данным расследования последовало решение Консистории: «Принимая во внимание, что старец Флегонт Островский, похороненный 40 лет тому назад при Иоанно-Богословской церкви заштатного города Троицка, доселе пользуется уважением и живет в молитвенных воспоминаниях окрестного к «Флегонтовой горе» населения — Консистория с уверенностью может сказать, что перенесение его праха на Флегонтову гору — в Александро-Невский женский монастырь, как бы оно скромно ни было совершено, неизбежно вызовет движение религиозного характера среди народной массы, приближающее к мысли о прославлении и религиозном почитании покойного и послужит основанием к нежелательным толкам, преувеличению заслуг и подвижничества Флегонта и к различным суевериям. Посему Консистория со своей стороны считает преждевременным тревожить прах старца Флегонта и полагает вопрос о перенесении его отклонить, тем более, что в настоящем случае он поднят не непосредственно монастырем и почитателями Флегонта, а косвенным путем. О чем и сообщить Г. Пензенскому Губернатору на отношение от 30 апреля 1908 года за № 5001.»

В следующем году просительницей по данному делу выступила сама игумения Варвара. Рассмотрев прошение, Духовная Консистория постановила: «Принимая во внимание, что: 1, возникновение обители на «Флегонтовой горе» обязано подвижничеству на ней отшельника старца Флегонта Островского; 2, место погребения его при Иоанно-Богословской церкви зашт. гор. Троицка точно установлено; 3, обитательницы монастыря имеют искреннее желание иметь дорогой для них прах старца в монастыре в благодарное воспоминание его подвижничества и заслуг; 4, со стороны гражданского начальства препятствий к перенесению праха старца Флегонта в монастырь не имеется ибо Г. Пензенский Губернатор сам ходатайствовал об этом; не усматривает никаких препятствий к перенесению и духовенство зашт. гор. Троицка; Консистория со своей стороны полагала бы: разрешить перенесение праха старца Флегонта Островского из г. Троицка в Александро-Невский женский монастырь для положения в приготовленном склепе, который затем должен быть заделан наглухо, с тем, чтобы самое перенесение было совершено без особой торжественности, скромным образом. О чем сообщить Г. Пензензенскому Губернатору, благочинному о. Гроздову и начальству Александро-Невского монастыря.Прошение настоятельницы Александро-Невского монастыря на Флегонтовой горе игумении Варвары с советом о разрешении перенести в монастырь с кладбища Иоанно-Богословской церкви зашт. гор. Троицка прах старца Флегонта Островского, своими молитвенными трудами и подвигами положившего начало нынешнему Александро-Невскому монастырю» (журнал № 193 от 4 сентября 1910).

Через несколько дел последовала резолюция Преосвященнейшего: «Согласен — при условии перенесения останков п. Флегонта без особой торжественности. Епископ Григорий». (6 сентября 1910 года, Журнал № 239).

По определению Святейшего Синода от 30 марта 1910 года за № 2415, за отличную усердную и полезную службу, игумения Варвара была удостоена награждением наперсным крестом. В 1910 году под её начальством значились 30 монахинь, 87 указных послушниц и 137 сестер на испытании, всего  255 человек. Возросло жалование священника — в 1910 году он уже получал 1000 рублей оклада в год. В Церковно-приходской школе обучалось 5 мальчиков и 17 девочек. Законоучителем состоял священник Тихон Невзоров, а учительницей Евгения Веселовская. В том году умерла одна из первых насельниц Флегонтовой горы, постоянный член монастырского совета, монахиня Ангелина (Бельская).

Летом 1910 года в по Пензенской Губернии распространилась эпидемия холеры. Преосвященный Митрофан благословил настоятельницам Нижнеломовского Успенского, Мокшанского Казанского и Кимляйского Александро-Невского женских монастырей, направить своих насельниц в села для ухода за больными. Начальник Губернии Кошко И. Ф. свидетельствовал: «Командированные для ухода за больными монахини и послушницы с большим самоотвержением исполняют свои обязанности , не брезгают никакою работою, несут дежурство наравне с сестрами милосердия и теплым отношением к тяжким больным, а также молитвами поддерживают бодрость в населении». По оконсании эпидемии Преосвященнейший Митрофан ходатайствовал перед Священным Синодом о награждении особо отличившихся в деле милосердия. 6 мая 1911 года «во внимание к отлично-усердной и полезной службе» Настоятельница Нижне-Ломовского Успенского монастыря игумения Анатолия была награждена наперсным крестом, а настоятельницам Мокшанского и Кимляйского монастырей игумении Марии и Варваре преподано благословение Святейшего Синода с грамотой. Вообще, сестры Кимляйского монастыря первыми в уезде наладили правильное медицинское обследование населения.

В 1912 году крестьянкой села Кочелаева Наровчатского уезда Евфимиею Луниною была пожертвована монастырю усадьба с садом и деревянными постройками на ней, размером 1387 м², находящияся в ряду крестьянских усадеб деревни Кимляй.

С разрешения Пензенского Епархиального Начальства от 8 ноября 1912 года за № 18962, в 1913 году к подвальной части Соборного храма, над останками подвижника старца Флегонта, пристроен каменный алтарь, усердием благотворительниц мещанок г. Москвы Марии Тарасовой и Параскевы Васильевой, в увековечение его блаженной памяти; престол которого было решено посвятить имени Св. Апостола Флегонта.

В материалах Государственного архива Пензенской области по Пензенской Духовной Консистории последние данные по Александро-Невскому монастырю датируются 1914 годом. На тот год в обители проживало 247 человек (из них 39 монахинь, 105 указных и 142 наиспытании). Причт уже состоял из двух священников, получающих жалование в размере 700 и 500 рублей. В послужных списках священно-церковно-служителей при монасыре значатся два священника — Тихон Невзоров и Иоанн Безсонов. В школе обучалось 10 мальчиков и 14 девочек. Преподавали в ней теже Невзоров и Веселовская. В богадельне содержалось на полном обеспечении 7 стариц. Вся площадь, занимаемая монастырскими строениями, по планам измерения 1914 года составляла 4,4 га. В отстроенном двух-этажном полукаменном корпусе разместились сестры обители. Корпус с северной стороны имел подвальный этаж, в котором находились хлебопекарня и сестры-хлебницы. В 1913 году в обители была открыта живописная мастерская, расположившаяся в двух-этажном каменном корпусе, где прежде находилась рукодельная мастерская. Игуменские покои находились на втором этаже каменного корпуса, первый этаж которого занимала просфорня. К строениям добавилось несколько деревянных домов и флигелей. Был построен дом для второго священника 16х2. В лугах были отстроены деревянный дом 24х12 для сестер, занимающихся ловлей рыбы и при нем деревянная изба 7х7 для караульщика и рыбака. Добавились второй деревянный амбар для хранения зернового хлеба и ещё одна баня 10х7. Увеличилась монастырская ограда. Теперь она закрывала обитель на протяжении 591 м. Другие земли монастыря, находящиеся в разных местах, занимали площадь 804,46 га и делились следующим образом: под пашнею — 532 га; под сенокосом — 93 га; под мелким кустарником — 31,8 га; под лесом — 105 га; под усадьбами и садами — 14,55 га; неудобной — 28 га.

При всем том минимуме информации, который имеется, еще несколько слов необходимо сказать о игумении Варваре. Благочинный игумен Филарет в журнале Духовной Консистории отзывался о ней, как о человеке хороших качеств. Сообщает, что настоятельница «любвиобильна, кротка, по управлению весьма опытна и для монастыря полезна». Два раза, с разрешения Епархиального начальства, она выезжала из обители. Первый раз, с 7 июля 1911 года, она была отпущена сроком на один месяц в г. Киев на поклонение святыням, а второй — в г. Москву на богомолье с 14 августа 1913 года сроком на 15 дней. В отчете о поездках значится, что возвратилась точно в срок.

Говоря о поездках игумении, надо заметить, что и некоторые сестры обители удостоились разрешения Церковного начальства паломничества по святым местам, в основном в Киев. А монахиня Капитолина (в миру Ксения Кабанова), имевшая послушанием чтение синодика за богослужением, и монахиня Антония (в миру Анна Юдина), чтица псалтири, сподобились с октября 1913 года по март месяц 1914 года посещения Святой Земли.

Необходимо в данном исследовании упомянуть и о служителях алтаря, несших послушания духовничества и учительства в Кимляйском монастыре. История донесла до нас информацию только о некоторых. Дабы имена эти не остались забытыми, необходимо было написать о них подробнее.

Священник Тихон Петрович Невзоров, родившийся 13 июля 1878 года, был сыном псаломщика. В 1901 году он окончил Пензенскую Духовную Семинарию. В том же году был определен на должность учителя в Полянскую второклассную школу. Указом Пензенской Духовной Консистории 23 сентября 1902 года определен на должность псаломщика к церкви с. Куваки Нижне-Ломовского уезда. Рукоположен 20 января 1903 года во диакона к церкви с. Сыресева Городищенского уезда. На следующий год 14 ноября был рукоположен во священника к церкви села Большая Ивановка Краснослободского уезда. По 14 ноября 1908 года параллельно состоял на должности законоучителя Больше-Ивановской и Махово-Рахмановской начальных училищь. В 1908 году подал прошение о переводе в Кимляйский монастырь, куда и был переведен Епархиальным Начальством 14 ноября 1908 года. Состоял заведующим и законоучителем монастырской церковно-приходской школы. Был женат на дочери священника Лидии Александровой 1882 года рождения. Имел двух детей: сына Митрофана 1907 года и дочь Маргариту 1911 года. Благочинный отзывался о нем, как о человеке «поведения отличного». В обители проживал на полном содержании. Жалование имел в 1912 году 700 рублей в год и за преподавание Закона Божия получал надбавку 30 рублей. В 1910 году был награжден набедренником.

Священник Иоанн Николаевич Безсонов 1858 г.р. был сыном диакона. Обучался в Пензенской Духовной Семинарии. Не окончив 4-го класса, был уволен в 1880 году и определен Указом Пензенской Духовной Консистории за № 5792 на должность псаломщика в село Украинцево Инсарского уезда. В 1883 году был рукоположен во диакона и перемещен в с. Феодоровку Пензенского уезда, а в следующем году перемещен в с. Монастырское Наровчатского уезда. В 1885 году перемещен был в с. Лещиное Нижне-Ломовского уезда на штатное диаконское место. В 1894 году перемещен в с. Тарханы Чембарского уезда с обязательством заниматься в женской церковно-приходской школе в качестве учителя. Через два года был перемещен в с. Головинскую Варежку Нижне-Ломовского уезда. В 1899 году был перемещен в Городищенский уезд, где прослужил 7 лет, после чего был рукоположен во священника и определен к церкви с. Дураково Керенского уезда. В 1910 году перемещен к церкви с. Пичилейки Городищенского уезда. А 14 февраля 1912 года указом Пензенской Духовной Консистории за № 719 перемещен на второе священническое место в Кимляйский Александро-Невский монастырь. В отзывах благочинного поедением оценивается отличным. Был женат на дочери священника Александре Феодоровне 1865 г.р. Имел пятеро детей. Дочь Людмила 1886 г.р.; сын Феодор 1888 г.р. был псаломщиком с. Кармолейки Керенского уезда; дочь Екатерина 1893 г.р. работала учительницей в Городищенском уезде; дочери Глафира 1895 г.р. и Фаина 1898 г.р. обучались в Пензенском Епархиальном женском училище.

Священник Иоанн Сергеевич Перунов 1869 г.р. В 1890 г. окончил Пензенскую Духовную Семинарию. В том же году определен на должность псаломщика в с. Новоямская Слобода (Ельниковский р-н), а в 1891 г. был рукоположен во священника и определен в с. Торопово (Ковылкинский р-н). В 1894 г. перемещен в Александро-Невский монастырь на Флегонтовой горе, кде пробыл 2 года, после чего переведен в г. Керенский Пензенского уезда. В 1935 году был арестован по обвинению в антисоветской агитации и приговорен к 10 годам лишения свободы (Дело № 12532-п; ГАПО, ф. 182, оп. 1, д. 2686, л. 4 об.-5).

По реестрам 1918 года в Кимляйском монастыре жили 39 монахинь и 252 послушницы.

Огонь революции, разгоревшийся в 1917 году, не минул и Кимляйского монастыря. Большевиками были приложены всевозможные усилия, чтобы память о монастыре, просуществовавшем сравнительно недолгое время, но уже зарекомендовавшего себя известностью, была полностью уничтожена.

Началось всё с расстрела крестного хода в 1919 году. Тогда, на маслянице, в село Большой Азясь Краснослободского уезда, съехались около 10 тысяч  человек. С базарной площади, с пением «Христос Воскресе», верующие двинулись с крестным ходом в Кимляйский Александро-Невский монастырь ко Флегонтовой горе. Крестный ход был организован в связи с расстрелом Царской семьи в июле 1918 года и выражал неприятие новой безбожной власти. В районе с. Волгапино по крестному ходу, окруженному большевиками, был открыт огонь. Было много убитых, многие попали в плен. Не удается пока установить точную дату закрытия монастыря. Известно только, что первыми, до 1924 года, были закрыты Кимляйский и Знаменский монастыри, в обоих случаях — в результате карательные экспедиции ЧК. Позже были закрыты другие монастыри. Территории закрытых монастырей власть использовала в разных целях. Чуфаровский монастырь превратился в тюрьму.